« Назад

Российской хайтек-индустрии дали шанс

Весной 2011 г. АФК "Система" приняла решение о продаже 63,9% "Ситроникса" концерну РТИ, недавно учрежденному АФК совместно с Банком Москвы. Идея логична — объединить весь высокотехнологичный бизнес под одной крышей. Но ее реализация может оказаться делом более сложным, хотя бы потому, что акции "Ситроникса" торгуются на Лондонской фондовой бирже. О том, что как сделать бизнес "Ситроникса" "частью чего-то большего", каковы преимущества китайского Тяньцзиня перед подмосковным Сколковым с точки зрения разработчиков и почему России не нужно следовать за Саудовской Аравией, в интервью "Ведомостям" рассказывает президент "Ситроникса" Сергей Асланян

- "Ситроникс" становится частью высокотехнологичного концерна — компании РТИ, на базе которой АФК "Система" объединяет свои высокотехнологичные активы. Что изменится для "Ситроникса"?

- С точки зрения структуры владения — немного: у "Ситроникса" меняется материнская компания и из "дочки" "Системы" "Ситроникс" становится "дочкой" РТИ.

Но в объединении есть индустриальная логика: консолидация высокотехнологичных активов АФК на базе РТИ должна привести к росту акционерной стоимости. В первую очередь — за счет достижения синергий между активами (скажем, организации единого R&D-центра) и повышения эффективности управления ими. Кроме того, такая сильная объединенная компания станет гораздо более привлекательным партнером, способным как выполнять крупные и сложные заказы (которые уже появляются на российском hi-tech рынке), так и выстраивать стратегическое взаимодействие с государством для инновационной модернизации экономики. Она сможет выступать одним из ведущих поставщиков комплексных инновационных инженерных, информационно-технологических и микроэлектронных решений.

- Сейчас "Ситроникс" — публичная компания, 17,55% ее акций торгуется на Лондонской фондовой бирже. Объединение с РТИ означает делистинг?

- Говорить об [акционерном] объединении РТИ и "Ситроникса" еще рано. В настоящий момент планируется, что РТИ станет для "Ситроникса" материнской структурой. Окончательное решение о схеме реорганизации пока не принято, рассматриваются разные варианты.

- Но вы планируете объединение отдельных сегментов бизнеса?

- Очевидно, в объединенной компании будут сформированы дивизионы по основным отраслям: системам безопасности, IT, телекоммуникационным решениям, продукции для оборонной промышленности и т. д.

- Каким будет экономический эффект от реорганизации?

- Цикл разработки любого высокотехнологичного продукта занимает несколько лет, поэтому говорить о достижении сиюминутного экономического эффекта было бы наивно. Конечно, мы делали предварительные расчеты. Но вы должны понимать — создается компания со штатом около 20 000 человек, даже в МТС не работает столько специалистов. Поэтому в первый год наша главная задача — ограничить уровень расходов.

Предстоит сложный процесс интеграции R&D-центров, производственных и корпоративных культур и т. п. Для нас это большой вызов. Но интеграция — это мировой тренд, на примере мировых гигантов доказавший свою экономическую эффективность.

- Год назад вы планировали присоединить к "Ситрониксу" компанию "Интеллект телеком" и создать на ее базе центр исследований и разработок (R&D). Во что трансформируются эти планы теперь?

- Как вы понимаете, активную деятельность в области НИОКР ведет не только "Интеллект телеком", но и его акционеры — и "РТИ системы", и "Ситроникс", и МГТС. Наша цель — объединить усилия всех подразделений, занимающихся НИОКР, для достижения синергии. На базе чего это произойдет и по какой схеме — пока еще решается.

- Вы упоминали о планах создания еще одного крупного R&D-центра на базе совместного предприятия (СП) "Ситроникса" с ZTE в Китае…

- Да, СП с ZTE обладает всеми условиями для успешного НИОКР: штаб-квартира расположена близ города Тяньцзинь, что в получасе езды на поезде от столицы Китая — Пекина, рядом море, предприятие на семь лет полностью освобождено от уплаты налогов, в его распоряжении — дешевая рабочая сила, вся инфраструктура… Как говорится, "сбыча мечт" (смеется).

- Вы уже договорились с ZTE о принципах работы R&D-центра?

- Мы обо всем практически договорились, но расскажем, только когда окончательно все утвердим и проведем через необходимые корпоративные процедуры.

- "Ситрониксу" нужно будет что-то внести в качестве вклада?

- Принципиально активы, которые должны быть внесены в СП, определены. В ближайшее время список этих активов планируется финализировать и утвердить.

Но главное не это, главное — обеспечить R&D-центр заказами. И, судя по предполагаемым проектам, по заказам, которые мы уже получаем, загрузить центр разработками получится — как с нашей стороны, так и со стороны китайского партнера.

- А что может разрабатываться в этом совместном с ZTE центре?

- Например, продукция на базе технологий RFID (высокочастотные радиометки для маркировки товаров в магазинах, на складах и т. п. — "Ведомости"). Сегодня в мире как раз бум спроса на такую продукцию, причем R&D-центр ZTE изначально фокусировался на RFID. Другой пример — оборудование для сетей WiMax.

- Насколько дешевле иметь R&D-центр в Китае по сравнению с Россией?

- Квалифицированный инженер в Китае стоит около $20 000 в год — включая его зарплату, социальные выплаты и т. д. В Чехии, где у нас тоже есть центр разработок, сумма другая — 50 000 евро. В России — $30 000-50 000 в год.

- Еще есть российский проект "Сколково". Там тоже создаются и инфраструктура, и благоприятный экономический режим. Почему вы выбрали Китай?

- Безусловно, "Сколково" откроет новые для России возможности развития технологий, и в долгосрочном горизонте планирования R&D мы учитываем и их. Перспективы "Сколково" как стартапа мы оцениваем очень положительно. Но так как техническая составляющая этого проекта находится на этапе реализации, мы пока не видим таких точек соприкосновения, в которых мы могли бы начать развивать совместные проекты уже сегодня. Если же говорить про Китай, то переговоры с китайскими партнерами начались давно и сейчас на финальной стадии. Создание R&D-центра в Китае — довольно масштабный проект, который потребует значительных ресурсов, поэтому сейчас перед нами стоит задача наладить все базовые процессы.

Отмечу, что развитие R&D в Китае вовсе не означает, что "Ситроникс" откажется от исследований и разработок в России. Совсем наоборот: мы активно расширяем сеть R&D-центров в российских регионах. Сейчас такой центр открыли в Санкт-Петербурге, там уже работает 120 сотрудников, на очереди Краснодар.

- Но вы что-то обсуждали со "Сколково"?

- Наша основная задача сейчас — провести интеграцию у себя внутри, разобраться с корзиной продуктов, которую мы будем разрабатывать. В общем, сделать свою "домашнюю работу".

- Но есть же примеры Nokia Siemens, Ericsson, Cisco, которые открывают в России центры исследований и разработок, даже обещают производить некие комплектующие — демонстрируют веру в российский рынок…

- А вы сами верите в эти проекты? Ну, сделают они здесь сборку — а интеллектуальная собственность (IP) будет чьей? Мы, конечно, могли бы пойти по простому пути: развиваться в полной зависимости от приходящих в Россию западных компаний или использовать их разработки, как это успешно сделали китайцы. Но, имея огромный интеллектуальный потенциал, можно выбрать и другую стратегию.

Потенциал ученых и разработчиков у нас намного выше, чем у тех стран, которые делают отверточную сборку. Нам приносят много интересных проектов, много проектов зарождается в "Роснано", с которой мы активно работаем. На этом фоне отверточная сборка коммутаторов Cisco или прочее — не тот уровень, который смог бы вывести нас на нужные темпы инновационного развития. Мы должны сами создавать и развивать технологии, стоять у истоков разработки. А производство можно отдать и в Китай, у них для этого фантастические возможности.

- Кстати, упомянутая вами "Роснано" одно время активно пропагандировала проект "умного магазина" с RFID-считывателями и "Ситроникс" обсуждал его с X5 Retail. Что в итоге?

- Мы достигли понимания с партнерами — "Роснано" и X5. Проект по созданию экспериментальной площадки, где RFID заменит штрих-коды в розничной торговле, для нас, несомненно, привлекателен. Должны быть решены интересные технические задачи, связанные со считыванием меток с различных поверхностей и материалов, т. е. будут созданы новые технологии и ноу-хау с перспективой коммерциализации в ритейле, медицине, промышленности. Технологии радиочастотной идентификации находятся в стадии роста и имеют огромный потенциал применения, для нас это хороший рынок.

- Недавно стало известно, что "Ситроникс" выиграл московский тендер на создание интеллектуальной системы управления транспортным движением. А вообще смена власти в Москве сказалась на бизнесе компании?

- Вне зависимости от того, кто занимает пост мэра, Москва — это очень сложный инфраструктурный объект, у которого есть вполне объективные, насущные потребности с точки зрения развития. Хотя Москва и входит в число крупнейших мировых столиц, мы все прекрасно понимаем, по каким критериям качества жизни уступаем Лондону, Нью-Йорку, Токио. А "Ситроникс" уже накопил достаточный объем знаний и ресурсов, чтобы реализовывать проекты масштаба интеллектуальной транспортной системы (ИТС). К счастью, нынешнее руководство города хорошо понимает и чувствует острую потребность в модернизации городской инфраструктуры.

- Недоброжелатели утверждали, что контракт на создание ИТС "Ситроникс" выиграл номинально, конкурируя с родственными компаниями. Это не так?

- Ну на то они и недоброжелатели. В тендере участвовали системные интеграторы. Единственная родственная нам компания — НИС ("Навигационно-информационные системы", 51% у АФК "Система". — "Ведомости") — не конкурировала с нами, а выступала в качестве соисполнителя проекта, т. е. нашего партнера и подрядчика.

- Еще у "Ситроникса" есть многолетний контракт с московским метрополитеном на поставку транспортных карт — по $100 млн в год. После отставки Дмитрия Гаева с должности начальника метрополитена отношения с метро не испортились?

- Мы — добросовестный рыночный поставщик метрополитена. Насколько мне известно, мы смогли зарекомендовать себя как проверенного и надежного партнера и соответствуем требованиям метрополитена.

- Год назад вы рассказывали о планах превратить "Ситроникс" в фабрику инновационных продуктов. Что разработали с тех пор инновационного?

- Разработка любого инновационного продукта — это годы работы и большие вложения. Мы ведем целый ряд разработок — по тем же RFID-технологиям, в микроэлектронике. Но было бы наивно ожидать в такой капитало- и ресурсоемкой индустрии, как hi-tech, выхода инновационного продукта "по щелчку пальцев".

К тому же еще совсем недавно мы думали о том, как отрасль оправится после кризиса. Прошедший 2010 год, особенно первые шесть-восемь месяцев, был для всей индустрии очень тяжелым. Реально начать раскручивать маховик инвестиций в R&D нам удалось только с IV квартала 2010 г. Но у нас, слава богу, очень сильная техническая команда, мы четко понимаем, куда идти, что разрабатывать и даже кому это предлагать. Чтобы весь этот процесс выстроился, нам нужно всего лишь время.

- То есть инвестиции в разработки были урезаны из-за кризиса?

- Это было связано и с самим кризисом, и с той тяжелейшей ситуацией, в которой мы находились в 2009-2010 гг. Представляя итоги II квартала 2010 г., я говорил, что мы видим восстановление спроса, но медленное.

Сегодня ситуация постепенно улучшается. Уже в 2011 г. мы на 1/3 увеличиваем расходы на R&D. У нас не сильно вырастут капвложения — на 8-10%, но R&D будет расти. Это то, чему мы уделяем самое пристальное внимание.

- Появилась возможность высвободить часть денег?

- Появилась. В прошлом году у нас сократился долг, не радикально, но для нас существенно (общая задолженность уменьшилась с $745,9 млн до $699,1 млн, чистый долг — с $584 млн до $483 млн. — "Ведомости"). Причем — заметьте! — ситуация изменилась благодаря решениям и методам исключительно органического характера. То есть мы зарабатывали прибыль и отдавали долги. Когда каждый день приходишь в офис, собираешь совещания, мотивируешь людей — поверьте, любые изменения весьма существенны.

- Крупнейший бизнес "Ситроникса" — телекоммуникационные решения — почти весь прошлый год сокращался. Сумеете переломить эту тенденцию?

- 65% телеком-бизнеса — это Греция, а Греция ввиду общей экономической ситуации упала на 20%, даже больше. Отсюда и общее падение телеком-сегмента.

Маржа выросла тоже в основном за счет греческого подразделения, которое сокращало людей, зарплаты. Вы представляете, что это такое — для 2000 человек сократить зарплаты на 15%, да еще в Европе? Но они сумели это сделать.

В целом рынок телекоммуникационного оборудования падает везде, кроме Китая. Я думаю, что европейцы уже окончательно проиграли этот рынок китайцам.

Мы работаем над тем, чтобы сделать из этого бизнеса некую cash-cow. Хотим сохранить объем (и думаю, что сохраним, учитывая имеющуюся клиентскую базу), маржу. Но магистрально этот бизнес, конечно, должен быть частью чего-то большего. Именно поэтому мы стремимся развивать международные стратегические партнерства — с Китаем, Индией. Например, в начале мая заключили партнерское соглашение с индийской Shyam Networks, планируем начать работать в этом формате и с другими компаниями в Индии. В нынешних рыночных условиях только такие действия могут обеспечить конкурентоспособность за пределами страны. Если не вступать в альянсы, то в лучшем случае сохранишь существующий уровень, ну, может быть, будешь расти на единицы процентов.

- Чем может заинтересовать иностранцев альянс с "Ситрониксом"?

- У нас есть разветвленная сеть эффективно работающих R&D-центров. Мы уделяем этому особое внимание, открывая R&D-лаборатории в российских регионах: здесь мы можем не только заниматься разработками для собственных нужд, но и выполнять внешние заказы. Поэтому для зарубежных компаний мы интересны как R&D-партнер, который может локализовывать продукты, дорабатывать их под специфику местного рынка и регуляторики, проводить сертификацию. Кроме того, наша широкая клиентская база позволяет предлагать продукцию [потенциальных партнеров] нашим заказчикам, а "Ситрониксу" выступать в роли системного интегратора. Помимо этого международные партнеры видят в нас носителя технологий и компетенций по биллингу, дизайну и производству микросхем, разработке радиотрактов и антенн. Кстати, нашим биллингом постоянно интересуются и другие мировые лидеры — производители ПО для биллинга.

- В декабре 2010 г. принадлежащий "Ситрониксу" зеленоградский завод "Микрон и НИИМЭ" показал премьеру Владимиру Путину опытный образец микрочипа с топологическим размером 90 нм. Когда начнется серийное производство?

- Это был не просто тестовый образец — он был аттестован независимой экспертизой на соответствие ключевых параметров нашей технологии 90 нм международным стандартам. Осенью 2011 г. хотим запустить фабрику в коммерческую эксплуатацию. Кроме того, в июне мы рассчитываем выпустить чип для универсальной электронной карты (УЭК), а в ноябре получить сертификацию от Mastercard и Visa.

В бизнесе микроэлектроники мы давно, с 2002 г., и сейчас подошли к тому, чтобы предложить рынку отечественный продукт с нашим криптоядром, который при этом будет сертифицирован во всем мире. Вы, наверное, слышали, что мы хотим войти в уставный капитал ОАО "УЭК", чтобы участвовать в формировании технических требований к универсальным электронным карточкам, которых будет выпущено 120-140 млн в течение следующих пяти лет. Это дополнительная загрузка производства, защита национальных интересов, дополнительные рабочие места.

- Сбербанк и другие учредители УЭК уже согласны пустить вас?

- Предварительное решение есть. Мы планируем туда войти с миноритарным пакетом. Но мы хотим разрабатывать этот чип, находясь с уважаемыми банками-заказчиками за одним столом. Для нас важно понимать требования, понимать динамику спроса.

- Это будут чипы с типоразмером 180 нм?

- Сначала 180 нм, а через полтора года — 90 нм.

- Откуда еще вы ждете заказов на чипы 90 нм?

- RFID-метки, биопаспорта, "Глонасс", промышленные микроконтроллеры. Основная добавленная стоимость чипа — это дизайн. И мы собираемся строить национальный дизайн-центр. Сейчас в стране есть разрозненные дизайн-центры, и необходимо их объединить в единую экосистему, где мы выступили бы как консолидатор и как производственная площадка (foundry) для превращения разработок дизайн-центров в массовую продукцию, в серьезные продажи. Это национальная идея, которая полностью соответствует логике развития отрасли.

- Раньше вы искали партнера для создания такого дизайн-центра. Нашли?

- Надеюсь, что в этом будет участвовать Российская академия наук. И мы очень заинтересованы в участии "Роснано".

- Деньгами?

- "Роснано" могла бы выступить соинвестором. А Академию наук мы хотели бы видеть организующим центром. Мы — коммерческая фирма, все остальные, кто войдет в этот центр, тоже. Нам нужен некий медиатор процесса, чтобы нас всех координировать.

- Сроки создания дизайн-центра понятны?

- Мы планируем сделать это до конца текущего года. Чтобы загрузить новую фабрику, нужны продукты. А чтобы получить продукты, нужны дизайн-центры. Мы выделяем под этот центр специальную площадку в Зеленограде, готовы вкладывать деньги, потому что для нас это критически важно.

- Какого порядка инвестиции потребуются?

- $20-30 млн. Но не в деньгах дело, а в стройности концепции и в желании кооперироваться. Слишком много участников процесса — и все со своими амбициями. А для коммерциализации разработок требуется слаженная работа всей цепочки, от дизайна до готовых электронных систем.

- И как вы убеждаете этих разрозненных участников рынка подключаться к проекту?

- Мы готовы брать их в партнерства, в том числе и в капитал. Мы не настаиваем на контроле.

- В прошлом году Путин проводил большое совещание по поддержке отечественной микроэлектроники. Вы и "Роснано" предлагали закрепить за российскими производителями рыночные ниши, чиновникам были выданы поручения проработать идеи… А практический результат какой-нибудь есть?

- Практический результат — комиссия по модернизации при президенте Дмитрии Медведеве приняла решение, что УЭК будет делаться на российском чипе. Сейчас чип нашего производства отправлен на сертификацию для использования в платежной карте по системе EMV. Сертификация, как правило, длится 6-12 месяцев, но мы планируем закончить этот процесс как можно раньше.

Понятно, что жизнь всегда ставит задачи, которые сложнее, чем то, что вы можете сделать. Но у нас нет ни малейшего сомнения, что с этой задачей мы справимся, представим отечественному рынку отечественный продукт, соответствующий самым высоким международным стандартам качества.

- А по остальным направлениям, о которых вы говорили на совещании у Путина, — чипы для цифровых телеприставок, RFID, интеллектуальные счетчики учета электроэнергии? Есть уверенность, что вас услышали?

- Мы чувствуем понимание государства, и мы просто обязаны показать, на что реально способны российские производители. Сделаем УЭК — будем двигаться дальше, не сделаем — морально будет намного сложнее ожидать новых заказов. Но я убежден — мы справимся.

- Важная составляющая стратегии "Ситроникса" — участие в частно-государственных партнерствах. А какая доля выручки компании сейчас приходится на госконтракты?

- В прошлом году — 25%. В 2009 г. было чуть меньше, примерно 21%. Надо учитывать, что в прошлом году у нас увеличилась и общая выручка, но доля оборота от госкомпаний росла еще быстрее.

- То есть тенденция хорошая?

- Конечно. Разумеется, хотелось бы, чтобы этот рост был еще более быстрым. Но еще раз говорю — hi-tech индустрии дали шанс, и мы его будем использовать.

- Один из государственных проектов — "Глонасс" — фактически доверили АФК "Система". "Ситроникс" в результате получил какие-то дополнительные возможности?

- Мы будем разрабатывать чип для "Глонасс", уже этим занимаемся.

- Для пользовательских устройств?

- Да. Хотим в середине 2012 г. показать этот чип — уже на базе технологии 90 нм.

- Это потенциально большой рынок?

- Например, для того, чтобы система экстренного реагирования на автокатастрофы ("ЭРА "Глонасс") не просто заработала, а была эффективной, каждая машина должна быть оснащена устройством, позволяющим определять местоположение автомобиля при аварии и сообщать основные параметры в службу экстренного реагирования. Это должно быть как ОСАГО, у каждого автомобилиста. То есть рынок огромный.

- Раньше вы говорили и о планах двигаться дальше — в сторону микрочипов с типоразмером 65-45 нм.

- Сейчас, когда кризис отступил, мы возвращаемся к этой идее, хотим в этом году начать хотя бы проектировать чипы по технологии 65-45 нм. Но понятно, что нужны масштабные инвестиции, и, если честно, мы больше видим себя в роли оператора данного проекта, чем якорного инвестора. Не все под силу частному бизнесу — есть сферы, где решающая роль отводится государству. Мы уверены, что справимся с технической стороной задачи, но с точки зрения финансовой — первую скрипку должно играть государство.

- Какого порядка нужны инвестиции, чтобы поднять проект?

- Около 60 млрд руб.

- Но ведь, став частью объединенного hi-tech концерна РТИ, вы улучшите финансовое положение?

- Конечно. Планируется, что соотношение долг/OIBDA у РТИ будет на уровне 2-3, это весьма здоровый показатель.

- У вашего греческого партнера — Intracom Holdings — остается опцион на продажу "Ситрониксу" оставшихся 49% Intracom Telecom. Они не собираются воспользоваться этим опционом?

- Насколько мне известно, на данный момент наши партнеры не собираются реализовывать данный опцион, хотя продолжающийся в Греции кризис вносит коррективы в бизнес Intracom Telecom. Им сейчас нелегко.

- Как бы вы охарактеризовали поддержку российской hi-tech отрасли государством? Она вообще есть, вы ее ощущаете?

- Я вижу здесь два важных момента. Первый — тот инновационный потенциал, который в последние годы смог нарастить частный бизнес. Видя потенциальный спрос на инновации, мы уже давно занялись сложными проектами, требующими больших инвестиций, которые должны были создать предпосылки для технологического скачка в стране. Сейчас у нас действительно есть экспертиза и возможность реализации проектов государственного масштаба — таких проектов, результат которых сможет качественно оценить каждый житель страны.

С другой стороны, если государство хочет развивать инновации, выйти на глобальные рынки и уйти от сырьевой зависимости, нужно максимально использовать уже имеющийся потенциал и компетенции. Для этого нужно помогать создавать рынки, где эти компетенции будут востребованы. То есть создавать спрос на инновации.

Мы никогда не занимали пассивную позицию, сидя сложа руки и ожидая помощи от государства. Легко критиковать, но нужно идти и делать. Мы участвуем во всех комиссиях по модернизации, рабочих группах, совещаниях — и с Минкомсвязи, и с Минпромом… Не хочу, чтобы это звучало чересчур пафосно, но любой небольшой шажок государства нам навстречу будет означать сотни новых рабочих мест, увеличение спроса, повышение конкурентоспособности страны.

Уже сейчас на экспорт идет 20% нашей продукции — значит, продукция пользуется спросом. А почему 20%, а не больше, знаете?

- Нет. Почему?

- Потому что цена в себестоимость упирается! Чем больше внутренний заказ, тем ниже себестоимость, тем больше поставки на экспорт. В этом, кстати, кроется один из секретов китайской экономики. Например, китайские производители телеком-оборудования сначала получили внутренние заказы на построение телеком-сетей на своем огромном рынке и затем смогли выйти далеко за пределы домашнего рынка с опробованным качеством и уже сниженной себестоимостью.

- Может, корень проблемы в том, что российская экономика остается сырьевой? Сколько ни говорят об инновациях, а структура экономики не меняется.

- Была такая шутка: чтобы у нас инновации развивались, баррель нефти должен стоить долларов 75 (смеется).

- Но зависимость экономики, даже сырьевой, от высоких технологий так или иначе растет. Даже нефтяным компаниям нужно больше компьютеров, суперкомпьютеров, более качественный интернет-доступ.

- Вы в Саудовской Аравии были?

- Нет.

- Они вообще не переживают по этому поводу. У них, кажется, 75% доходов страны приходится на экспорт нефти, и им не нужно никакой инновационной экономики.

- Тогда получается, что и ваша компания, и вообще hi-tech бизнес в России обречены на неуспех. Вы занимаетесь тем, что здесь не востребовано.

- Нет, не так. Мы же не спорим, что универсальная электронная карта нужна каждому гражданину. Почему наши российские паспорта все такие затертые и замасленные, знаете? Потому, что нет другого документа, который использовался бы вместо паспорта. А у американцев паспорта чистые и красивые — все данные у них на social ID. А у нас один паспорт — и все, не дай бог его потерять. У меня недавно украли паспорт- так это был просто кошмар: я ездил по ЖЭКам, собирал какие-то справки…

Но рано или поздно появится новый документ на основе чипа, где будет храниться вся нужная информация и куда можно будет встроить много разных приложений — кредитных, биометрических и т. д. А дальше вопрос — как его сделать? Легче всего пойти и купить — например, у NXP или Gemalto. Но можно сделать свой, российский продукт, специально для России. Я уже четвертый год руковожу "Ситрониксом" и с каждым годом все больше понимаю важность импортозамещения как одной из национальных идей, хотя я прекрасно знаю, преграды какого уровня стоят на этом пути. Поэтому, когда нам удается продвинуться вперед, да еще в таком чувствительном сегменте, как микроэлектроника, я — честно — испытываю настоящую гордость.

 

Биография

Родился в 1973 г. в Ереване. В 1996 г. окончил факультет вычислительной математики и кибернетики МГУ им. М. В. Ломоносова

1997

старший консультант Coopers & Lybrand (после 1999 г. — PricewaterhouseCoopers)

2001

замруководителя блока информационных технологий ТНК-BP

2003

вице-президент по информационным технологиям МТС

2006

вице-президент по технике и информационным технологиям МТС

2007

назначен президентом компании ОАО "Ситроникс" (эта компания, как и МТС, контролируется АФК "Система")

Технологии на продажу

"Потенциал ученых и разработчиков у нас намного выше, чем у тех стран, которые делают отверточную сборку. Нам приносят много интересных проектов, много проектов зарождается в "Роснано", с которой мы активно работаем. На этом фоне отверточная сборка коммутаторов Cisco или прочее — не тот уровень, который смог бы вывести нас на нужные темпы инновационного развития. Мы должны сами создавать и развивать технологии, стоять у истоков разработки. А производство можно отдать и в Китай, у них для этого фантастические возможности".

 

ОАО "Ситроникс"

разработчик и производитель высокотехнологичных продуктов и услуг

Выручка (US GAAP, 2010 г.) — $1,17 млрд, Чистый убыток — $45,6 млн.

Основные акционеры: АФК "Система" (63,97%), менеджмент "Ситроникса" (7,33%), Melrose Holdings S.A. экс-президента "Ситроникса" Евгения Уткина (3,07%), другие физические лица (7,38%), 17,82% торгуется в виде GDR на Лондонской фондовой бирже. Капитализация — $143,2 млн.

Крупнейший бизнес — выпуск телекоммуникационного оборудования и ПО (доходы подразделения за 2010 г. — $525,9 млн). Кроме того, оказывает IT-услуги (системная интеграция, IT-консалтинг и др.; доходы в 2010 г. — $323,6 млн) и выпускает микроэлектронику ($255,4 млн).

 

Кому продать чип

Асланян говорит, что чипы "Ситроникса" будут использоваться в RFID-метках, биопаспортах, "Глонасс", промышленных микроконтроллерах. "Основная добавленная стоимость чипа — это дизайн. И мы собираемся строить национальный дизайн-центр", — сказал он.

Игорь Цуканов
Ведомости